Оставили транспорт на границе города. Холодно… Идем по мягкому мху, перешагивая тонкие, но глубокие прямые расселины, острые сколотые камни. Я постоянно слышу зов – он меня направляет. Солнце уже низко. Устал ужасно. Лису тащу под рукой… Не могу с этим существом расстаться – это моя совесть. За нами идут крысы… Мой Кот путается у меня под ногами. То и дело из-за булыжников и клоков мха показываются и его родичи – провожать пришли. Терпеть этого не могу – ненавижу прощаться. Да в общем, мы уже попрощались…
Люди из первого поколения ждут меня на поле, среди серых камней. С ними Страж – каменный великан… Не сразу отличил его от валунов, усеивающих равнину.
– Ты не передумал, лейтенант?
– Нет.
– Тебя примут.
– Ну и замечательно.
– Ты сможешь вернуться.
– Ясно. Но лучше вы меня зашлите куда-нибудь подальше – на задание. Без дела я скитаться не намерен.
Страж кивнул – похоже, что мы с ним сработаемся…
– Они пришли попрощаться с тобой. У тебя есть время.
– Сколько?
– Сколько тебе нужно – в пределах разумного.
– А то как же. Куда потом?
– На ледник.
– На транспорте доберемся за…
– Оставь транспорты здесь. Ты возьмешь зверя.
– Зверя?.. Что за зверь?
Страж повел меня к каменным завалам… Остановились на краю обрыва… На другой стороне стоит здоровенный зверь – его туша замерла на краю разлома непроглядной тьмой… Это верховой руггер?.. Руггер Ульвэра?.. Похоже на то. А других и быть не может. Более диких представителей вида извели – их больше нет. Туда я точно не полезу – жду, когда зверь подойдет. Он уже спускается в расщелину, скрежеща когтями… взбирается по разбитым камням, выбирается на равнину… Зверь дрожит – гладкая шкура так и переливается красным золотом в лучах заходящего солнца. Эта тварь боится – хрипит, скребет когтистой лапой камни, да так, что щебень летит… Поставил лису на землю и подошел ближе… Поверить не могу – Замухрышка… Это наш зверь, вернее, питомец полковника Ульвэра – никаких сомнений.
– Откуда он здесь взялся?
– Я забрал его с территорий Штрауба.
– С территорий Штрауба?..
– Именно оттуда, лейтенант.
Ульвэр их отпустил… Отпустил, как только щит отключили… Я присмотрелся и разглядел на шкуре зверя тонкий выгоревший шрам от бича-разрядника. Похоже, что ему задали ускорение, да такое, чтобы он мог уйти из сектора, из части, покинуть город… скрыться в оставленных заселенными тварями норах, затаиться и ждать… Да, под землей этих животных обнаружить не просто. Их не перебили… Ульвэр все-таки уберег своих чудовищ…
Замухрышка… Однажды я его уже оседлал – нам обоим мало не показалось. Это самый скверный зверь из всех прикрепленных к нам чудовищ полковника. Его Герф заезжал… Бойцу терпения было не занимать, но и у него не всегда выходило справляться с этой тварью, не доводя до “убийства” и “самоубийства”.
Подхожу к Замухрышке ближе… он настороженно раздувает ноздри. Руггеры редко предупреждают, когда решают, что пора нападать… Так уж у них повелось – набрасываться исподтишка и рвать когтями и зубами – для них все средства хороши. Замухрышка меня подпускает… Он меня узнал? Лучше бы не узнал. Он, в общем, корректированный, но даже такие твари бросаются на нас, когда вздумается.
Кладу руку на мощную холку зверя – оглаживаю… Тот стоит спокойно, перестал ковырять когтями подмерзающую землю… Озноб его больше не бьет, только свет заходящего солнца поигрывает на гладкой черной шкуре… Зверь не оседлан, и пульта, естественно, нет. Я не знаю, как управлять этими чудовищами без пульта, но Ульвэр справлялся с ними как-то по-другому. Он считал, что глушить их ультразвуковыми разрядами жестоко и бесперспективно, только никто другой с руггерами по-иному управиться не мог.
– Страж, я возьму транспорт.
– Ты возьмешь зверя. Так нужно.
– А то как же…
